– Почему вы приехали за мной? – спросил Малко.

– Мы едем в Лэнгли, – пояснил Джонс. – Марта Роджерс ожидает вас для срочного совещания. Он сейчас отправляется на Ближний Восток. Вертолет уже здесь. Это весь ваш багаж?

– Да, весь, – сказал Малко.

Он сел в белый «додж» с табличкой «U. S. GOV».

Марти Роджерс был шефом Ближневосточного подразделения Оперативного отдела. Малко уже случалось иметь с ним дело. Подчиняясь заместителю директора Оперативного отдела Дэвиду Уайзу, он был знаком с большинством шефов подразделений.

– Где Милтон? – спросил Малко, пока они отъезжали от «боинга».

Милтон Брабек был верным товарищем Криса Джонса.

– Лежит с температурой сорок, – мрачно ответил Крис.

– Он простыл в этих проклятых кабинетах.

Он остановился перед серым зданием аэропорта и обернулся к Малко.

– У вас есть паспорт?

Малко протянул ему свой австрийский паспорт. Телохранитель исчез внутри здания и спустя несколько минут вновь появился. Открыв дверцу и не садясь в машину, он наклонился к Малко.

– Оружие есть?

– Да, – ответил Малко. – Пистолет. А что?

Телохранитель пожал плечами.

– Эти проклятые бюрократы хотят только знать, есть ли у вас оружие. Надо заполнить декларацию. О'кей, я возвращаюсь.

ЦРУ имело право разрешить кому угодно въезд в США при условии соблюдения административных формальностей.

Малко спокойно ждал. К счастью, в машине работало отопление. Трудно было представить себе, чтобы США, где на протяжении целого поколения никто никогда ни в чем себе не отказывал, испытывали какие-то ограничения. Крис Джонс вернулся и плюхнулся на сиденье. Он протянул Малко его паспорт.

– Вот, все в порядке.

Спустя пять минут они были у военного вертолета, винт которого уже вращался. Как только они пристегнули ремни, он оторвался от земли. Крис Джонс наклонился к Малко и заорал, перекрывая шум винтов: